Вот какой случай имел место быть на одной из погранзастав. Было там свое подсобное хозяйство: свинарник, коровы, два быка красной датской породы, и еще ульи с пчелами, около 30 домиков (гордость и хобби начальника заставы).
В тот воскресный день на заставу должны были приехать гости из округа по случаю завершения строительства новой казармы. Приехал автобус с музыкантами, выстроили сцену, музыканты готовились к выступлению...
Прапорщик-начхоз давно уже вынашивал планы по кастрации старого быка, поскольку бык уже не проявлял должного внимания к буренкам, а излишки сексуальной энергии выплескивал в агрессивности к "обслуживающему персоналу". Бык был не просто большой, это было чудище весом в 11 центнеров. По мнению прапорщика, кастрация его бы успокоила, а с положенными обязанностями справлялся второй бык - помоложе и чуть поменьше в размерах.
По этому случаю были заготовлены большие садовые ножницы, литр зеленки и кувалда средних размеров, предварительно обмотанная ветошью. Прапорщик взял в помощники солдата.
План был такой: солдат становится с кувалдой у головы быка, прапорщик с ножницами и зелёнкой - сзади. По сигналу прапорщика, солдат что есть мочи бьет быка кувалдой по лбу, бык падает без чувств, а в это время ему ножницами производится хирургическая операция. Все вроде правильно было рассчитано...
Прапорщик на исходной позиции дает отмашку солдату - солдат со всей дури размахивается 10 килограммовой кувалдой, и в это время головка слетает с ручки, а солдат по инерции опускает на лоб быка ручку от кувалды. Слышен тихий "тюк" (бык при этом ударе даже не зажмурился). Прапорщик, решив, что "наркоз" уже подействовал, одним махом отрезает быку ненужные тому причиндалы.
Что было после этого - фильмы Стивена Кинга отдыхают. Рев разъяренного быка, помноженный на эхо в горах, был слышен за многие километры. Как потом рассказывали пограничники сопредельного государства - у них кровь стыла в жилах.
Бык, порвав верёвки, выбежал из хлева, но не в открытую дверь, а проломив две бревенчатых стены, хлев разлетелся в щепки, как после попадания в него 500 килограммовой авиационной бомбы. Все что попадалось на его пути, независимо от размеров и веса, оказывалось у него на рогах - ворота части, сетка-рабица, белье сушившееся позади домиков для семейных офицеров, деревянная лестница. Особенно долго он бегал с барабаном на шее, вернее с тем, что от него осталось.
К счастью, личный состав заставы оперативно среагировал, кто-то успел забежать в казарму и в штаб, хотя это не гарантировало безопасности. Сообразительные же смекнули, что лучше такое стихийное бедствие пересидеть на деревьях, по их убеждениям быки по деревьям не лазают.
Сцена быком была разбита в щепки, и не столько была нужна ему она, сколько звукооператор, который, находясь под сценой, поздно понял, что это ревет бык, а не сирена-ревун при боевой тревоге. Вольеры с собаками были сметены за пару секунд, собаки убежали в ближайшую лесополосу, потом их целую неделю вылавливали по одной. Затем на пути быка попался УАЗик, который он с полпинка перевернул, пытался перевернуть автобус приехавших музыкантов – не получилось, но для куража истыкал его рогами по периметру.
Веселья прибавилось после того, как бык разломал ульи и с этим пчелиным роем вернулся на плац. Те, кто сидел на деревьях, пожалели, что они не в казарме, а те, кто был в казарме, возрадовались, что они не на деревьях. Время от времени кто-то с этих деревьев падал, не удержавшись, отмахиваясь от пчел.
Была снесена беседка для курения, клумба с цветами представляла из себя свежевспаханную следовую полосу. Начальник заставы, сидевший на крыше автобуса, ждал удобного момента чтобы дать часовому приказ стрелять на поражение, но, во-первых, была опасность задеть кого-нибудь рикошетом; во-вторых, у часового на вышке было столько беженцев, что ему несподручно было стрелять; ну, а в третьих - уже и торопиться было некуда: бык разломал и уничтожил все и спасать имущество было уже поздно.
Финал истории такой: уже видя на горизонте кавалькаду машин - гостей из округа, быка все-таки удалось пристрелить. Как сказал один из приехавших офицеров, подытоживая случившееся:
- Ну, а вы что ожидали? Что бык вам за кастрацию благодарность объявит?
Прапорщик, весь зеленый и еще не отошедший от шока, только нервно хихикал...